Толсто, очень толсто, я не поверю, что ты действительно можешь искренне делать настолько грубые ошибки, а значит этот пост в чем-то лицемерный :)
Мне кажется ужасным лицемерием протестовать против памятника Сталину мне Сталин тоже не нравится; но мне кажется, что демократические ценности вроде толерантности предполагают толерантность ко всему. — последнее слово ошибочно, это непонимание сути толерантности, это доведение ее до абсурда. Почему гей-парады это хорошо, а памятник Сталину - плохо? Какие-то двойные стандарты выходят — нет Того Единого, кто это решает. Есть лишь масса, которой определенная вещь нравится, масса, которой действительно все равно, и масса, которая этому противостоит; и общественное мнение — это тонкий баланс этих масс + влияние власти. В случае со Сталиным мне кажется, что общественное мнение будет более против, чем за. В случае с гей-парадами все действительно неоднозначно и ты имеешь полное право высказывать свое мнение. тенденция предавать забвению все, что не нравится, пугает ... — «не ставить памятник» вовсе не равно «предавать забвению», грубая логическая ошибка. переход "поставили памятник = чтут" содержит логическую ошибку.— нет, не содержит, поскольку памятник не может быть лишен эмоциональной окраски по определению, и она по дефолту положительная. Я не имею ничего против памятника Сталину, на котором большими буквами будет написано «Диктатор, управляющий одними из наиболее масштабных в истории политических репресий, жестокий и лицемерный политик» (думаю, эти эпитеты можно считать объективными). законы Украины у нас разрешают памятники кому угодно — не уверен, в каком-нибудь административном кодексе должен быть зафиксирован порядок установки и одобрения общественных памятников; одним словом, голословное утверждение. попытка выдать его за объективное и подвести базу претит – как я уже сказал, объективного мнения в социальных вопросах практически не бывает, а толерантность — это и есть добровольное общественное соглашение относительно больных тем, в вопросе со Сталиным у нас до нее еще очень далеко.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
timeasmymeasure
no subject
Date: 2012-01-13 08:42 pm (UTC)Мне кажется ужасным лицемерием протестовать против памятника Сталину
мне Сталин тоже не нравится; но мне кажется, что демократические ценности вроде толерантности предполагают толерантность ко всему. — последнее слово ошибочно, это непонимание сути толерантности, это доведение ее до абсурда.
Почему гей-парады это хорошо, а памятник Сталину - плохо?
Какие-то двойные стандарты выходят — нет Того Единого, кто это решает. Есть лишь масса, которой определенная вещь нравится, масса, которой действительно все равно, и масса, которая этому противостоит; и общественное мнение — это тонкий баланс этих масс + влияние власти. В случае со Сталиным мне кажется, что общественное мнение будет более против, чем за. В случае с гей-парадами все действительно неоднозначно и ты имеешь полное право высказывать свое мнение.
тенденция предавать забвению все, что не нравится, пугает ... — «не ставить памятник» вовсе не равно «предавать забвению», грубая логическая ошибка.
переход "поставили памятник = чтут" содержит логическую ошибку.— нет, не содержит, поскольку памятник не может быть лишен эмоциональной окраски по определению, и она по дефолту положительная. Я не имею ничего против памятника Сталину, на котором большими буквами будет написано «Диктатор, управляющий одними из наиболее масштабных в истории политических репресий, жестокий и лицемерный политик» (думаю, эти эпитеты можно считать объективными).
законы Украины у нас разрешают памятники кому угодно — не уверен, в каком-нибудь административном кодексе должен быть зафиксирован порядок установки и одобрения общественных памятников; одним словом, голословное утверждение.
попытка выдать его за объективное и подвести базу претит – как я уже сказал, объективного мнения в социальных вопросах практически не бывает, а толерантность — это и есть добровольное общественное соглашение относительно больных тем, в вопросе со Сталиным у нас до нее еще очень далеко.