Попался на глаза сравнительно старый пост
falconella про месть (пост подзамочный), и подумала я вот что:
Месть выглядит явлением понятным и достойным только в тех случаях, когда мститель и ответчик находятся в такой исторической/культурной/социальной ситуации, в которой необходимость мстить дикутется кодексом чести.
А как только она становится инструментом удовлетворения линых обид/амбиций - сразу гаденько как-то, и мститель представляется либо мелочным гаденышем, либо идиотом.
Ну т.е., вот, например, Гамлет - не сказать, чтобы он к Клавдию испытывал хоть какие-то теплые чувства. Но никакого наслаждения он, убивая его, не получает - он просто знает, что это его долг - перед памятью отца, перед государством, перед собственной совестью - потому что в те времена были такие представления о чести и достоинстве.
Но вот уже с Вёльсунгами, они же Нибелунги, сложнее (хотя я страшно давно не перечитывала) - с одной стороны там бешенные расклады с кровным и не кровным родством, и тоже как бэ ноблесс оближ - с другой стороны, Клавдий-то сам убийца, его понятно, за что - а в Саге о Вёльсунгах в процессе много кого покрошили просто по ошибке или за компанию, и на самом деле виноватых там мало - все какие-то жертвы обстоятельств. кажется.
Месть выглядит явлением понятным и достойным только в тех случаях, когда мститель и ответчик находятся в такой исторической/культурной/социальной ситуации, в которой необходимость мстить дикутется кодексом чести.
А как только она становится инструментом удовлетворения линых обид/амбиций - сразу гаденько как-то, и мститель представляется либо мелочным гаденышем, либо идиотом.
Ну т.е., вот, например, Гамлет - не сказать, чтобы он к Клавдию испытывал хоть какие-то теплые чувства. Но никакого наслаждения он, убивая его, не получает - он просто знает, что это его долг - перед памятью отца, перед государством, перед собственной совестью - потому что в те времена были такие представления о чести и достоинстве.
Но вот уже с Вёльсунгами, они же Нибелунги, сложнее (хотя я страшно давно не перечитывала) - с одной стороны там бешенные расклады с кровным и не кровным родством, и тоже как бэ ноблесс оближ - с другой стороны, Клавдий-то сам убийца, его понятно, за что - а в Саге о Вёльсунгах в процессе много кого покрошили просто по ошибке или за компанию, и на самом деле виноватых там мало - все какие-то жертвы обстоятельств. кажется.