dashca: (папа)
Случайно наткнулась на интересные комментарии - в посте речь о женщине, которая сказала, что не хочет отдавать своего сына к воспитательнице С. потому что у неё восточные "хэт" и "айн" (дело происходит в Израиле, речь о характерном произношении), а "я это не выношу. Я расистка!"

И дальше комментарии [livejournal.com profile] neivid (стоит прочесть всю ветку):

«А почему нельзя быть расистом?
Вот доказывать. что восточные обладатели "хет" и "аин" объективно хуже ашкеназов, что они, не знаю, нечестные и неграмотные - это непорядочно. Очень вредно смешивать специфику своего восприятия и персональные характеристики объекта. Но осознавать, что ты сам расист и не любишь какую-либо группу населения, по-моему, не только можно, но и необходимо.

Мы все "расисты". У всех есть какая-либо группа людей, которая нравится нам меньше остальных - черные, белые, русские, офисные работники, свободные художники, геи, полигамы, сторонники раннего развития, сторонники Единой России, правые, левые, наркоманы, религиозные, атеисты, трактористы, подставь сама. И это нормально, мало кто может любить всех одинаково. Кому удается, тот молодец. Большинству - не удается. А внутренняя невозможность дать себе право "быть расистом" (то есть по своим, личным причинам не хотеть кого-либо рядом с собой, и следить за тем, чтобы их не было рядом) приводит к тому, что мы ищем объективные причины своей нелюбви и клеим их на нелюбимые группы. Не "я расистка", а "негры грязные". Не "я предпочитаю общаться на родном языке", а "все израильтяне некультурные". Не "я не хочу для своих белых детей марокканскую воспитательницу". а "марокканские воспитательницы хуже польских". Вместо себя человек начинает говорить о других. И уходит от осознания - к обвинению»


И одновременно примерно о том же написала [livejournal.com profile] werhamster:

«Есть вещи, которые для человека цивилизации табуированы. Предпочтения и антипатии иррациональные, животные, гормональные или импульсивные, которые в нормальном обществе discouraged в качестве аргументов или движущих мотивов.

Но именно и только в качестве аргументов или движущих мотивов. Испытывать эти чувства, быть носителем этих импульсов - табуировано только в мордоре с его диктатурой идеализма, про которую я уже неоднократно писала, и которая сводится к внутреннему родителю, наставляющему "каждый порядочный (вариант - советский) человек обязан... ", "настоящий мужчина (женщина) должен (должна)..." и тому подобной байде


Вот это то, чего я никак не могу донести в своих бесконечных дискуссия о современном искусстве - "я это не люблю" не означает "запретите им", все (в том числе я) имею право всякие перфомансы не любить, не смотреть, и говорить об этом вслух - и это никак не связано с интенцией запрещения.
А вот разговоры о том, что всех-этих-которые-этого-не-понимают нужно _заставить_ смотреть, что не хотите в музее смотреть на голых теток - так мы к вам в метро придем, а отворачиваться от голой тети в метро _стыдно_ - это и есть, собственно, интенция контроля над чужими чувствами, это _то самое_ "запретите им".
Запретите им чувствовать отвращение и раздражение, они не имеют на это права.
dashca: (папа)
Случайно купила и читаю «Фламенку», старопровансальскую новеллу в стихах, и из примечаний узнала вот что:
Всем известно, что на средневековых миниатюрах любые персонажи изображались в костюмах, современных художнику.
Оказывается, существовало совершенно аналогичное явление в литературе: в ΧΙΙ веке появились и стали очень популярны переложения античных историй в духе куртуазной литературы.
Например, в «Романе о Фивах», представляющем собой обработку «Фиваиды» Стация, «поход семерых» изображается как крестовый, большое занимает описание празденств, турниров и любовных отношений.
В «Романе о Трое» Бенуа де Сент-Мора Ахилл, Гектор, Одиссей и другие представлены добродетельными куртуазными рыцарями, совершающими подвиги; эти герои были так популярны, что Генрих ΙΙ и его придворные выводили свои родословные от легендарных троянцев.
(Из примечаия не ясно, о каком Генрихе идет речь, но по-видимому о Генрихе Плантагенете, муже Элеоноры Аквитанской).

Ну то есть представьте себе - для всех этих средневековых людей античные герои - это были образцы христианской добродтели! Особенно смешит крестовый поход против Фив. Вот интересно, как это вообще получалось - такое переложение? Это не похоже на ошибку, связанную с незнанием языка или чем-то таким, скорее, с какой-то полной неспособностью осознать существование иной культуры, иной философии, чем имеющаяся, похоже, что это осознание случилось только к Возрождению, а до того все истории и явления воспринимались исключительно через призму имеющейся культуры, без осознания факта наличия призмы.
dashca: (папа)
Отличный пост Петрановской о работе психотерапевтов и психолгов - мне очень нравится, потому что она аргументированно объясняет две вещи, которые я давно интуитивно ощущаю:
- нельзя быть психотерапевтом самому себе - так можно нащупать проблему, а вот решить - вряд ли*
- чтобы решить психологическую проблему, вовсе не обязательно искать ее глубинную причину, более того, причины может и не быть. Лечение "следствий", так часто высмеивамое любителями, в ряде случаев эффективно.

*Тут нужно уточнить, что я уверена, что кроме психотерапии, есть много других путей решения психологических проблем, т.е. я уверена, что человек в общем может справится и без психолога - но не психологическими методами.
dashca: (папа)
Благодаря GeekChick узнала про симпатичный блог The Bookabilly, а оттуда узнала, что, во-первых, через несколько дней выходит толстенная биография Сэлинджера со скандальными подробностями с фотографиями и рассказами причастных, и документальный фильм о нем же.

Кроме того, авторы биографии сообщили, что Сэлинджер оставил инструкции о публикации своих произведений, и то ли в 2015, то ли в течении следующих пяти лет они выйдут - пять новых рассказов о Глассах; новелла, основанная на его взаимотношениях с первой женой; роман в форме дневников офицера контрразведки во время Второй мировой войны, а также “справочник” по Веданте, одной из школ философии индуизма.

Такие дела.
dashca: (папа)
Взялась читать рассказы Лескова (давно советовали, а все руки не доходили), и очень им радуюсь - из тех книг, которые ничем отдельным воображение не поражают, а просто очень, очень хорошие. Человеколюбивые.
Вообще мое знакомство с Лесковым началось в мои лет 8-9 с книжки "Леди Макбет Мценского уезда", которая почему-то стояла у нас среди детских книг - прочла, замирая от ужаса (и читать невозможно, и не читать невозможно, до сих пор вздрагиваю, вспоминая), и с тех пор Лескова в руки брать опасалась. А рассказы совсем другие у него.
*
Читаю "Властелина Колец" (все еще), уже, наверное, в десятый раз - и только сейчас по-настоящему оценила и полюбила Фарамира - как-то раньше я не обращала на него внимания, всегда выбирала Арагорна. А Фарамир же невероятный человек. И его разговор с Денетором тоже как-то пропускала раньше, а теперь прямо мороз по коже.
(И еще думаю, к Фарамиру - что от детских травм, долгих обид и недостойного поведения в их следствие спасает прямота - где другой бы затаил обиду, Фарамир просто и прямо гневается - но все равно поступает по совести, как велят ему долг и честь - и потому его это все ранит, но не калечит - и это какое-то прямо отличие здоровых от больных)
*
Прочла "Темные аллеи" Бунина, и страшно разочарована - ну и гадостные же рассказы - банальные сюжеты, картонные герои, лишенные всякой логики поступки, сплошной адъюльтер и суицид. Кто только придумал, что это книга о любви - никакой любви там нет. Описания только хороши, и все.
*
Еще прочла "Космическую трилогию" К.С. Льюиса и тоже не обрадовалась, в первую очередь - довольно грубой и неаккуратной попытке связать воедино христианство, мифологию и фантастику, во вторую - тому, что она откровенно слабая, несбалансированная, как книга - с точки зрения героев, сюжета и т.д. "За пределы безмолвной планеты" вообще как-то никак, "Переландра" лучше (хотя немного жуть ради жути), "Мерзейшая мощь" лучше всего, но там слишком много всего за уши притянуто, как на мой вкус.
dashca: (папа)
С моим восприятием поэзии что-то произошло - раньше любила всю и всякую, а теперь довольно значительную часть не могу читать вообще - читаю и не могу понять о чем текст, слова не собираются в смысл. В частности Мандельштама и любимую донельзя в детстве и отрочестве Цветаеву.
Зато взялась читать подряд Ахматову, которой до сих пор, кажется, знала всего два стихотворения - "Не бывать тебе в живых, // со снегу не встать...", когда-то прочитанное мне отцом в каком-то автобусе уже не помню в рамках какого разговора, и еще одно ("Все, как раньше. // В окна столовой..."), кажется, выученное в школе, выбранное, кажется, методом открывания сборника наугад. Как это получилось - ума не приложу - должны же были быть какие-то программные стихотворения, и как я их пропустила? Или не было?
Пока прочла "Поэму без героя" (не понравилась) и "Реквием" (понравился очень, как в детстве "Лебединый стан" МЦ), особенно вот это стихотворение:
Read more... )
И попутно читаю Бродского, которого до сих пор читала мало, тоже подряд, и многое нравится очень, не меньше чем все, что до сих пор. Особенно эти, особенно первое:
"Под вечер он видит, застывши в дверях..."
Сонет ("Прошел январь за окнами тюрьмы...")
Любовь
"В тот вечер возле нашего огня..."

Кроме того, ко мне приехали наконец-то две книги, которые я давным-давно искала, обе - английская поэзия в переводах Кружкова, обе довольно редкие (тираж 2 тысячи, не удивительно, что я их столько искала), одна называется "Англасахаб", вторая - "Пироскаф". Обе прекрасные, потом постараюсь отдельно написать.
dashca: (папа)
Каждый раз, когда я читаю какой-нибудь текст про какое-нибудь неравенство, права меньшинства и прочее, с предложениями о том, как бы сделать всех немного равнее, я вспоминаю эту цитату:

«Время было милостиво к Редуайну. Он стоял на кафедре, похожий на румяного деревенского мальчишку-почтальона, а ведь ему было сорок девять. Он поднял руку, чтобы смахнуть каплю со щеки, и на запястье у него зазвенела насыпанная в голубой мешочек дробь.
Точно такие же мешочки были привязаны к другому запястью и к обеим ногам, а на груди и на спине лежали тяжелые железные пластины, поддерживаемые лямками.
Эти вериги представляли собой дополнительный вес, назначенный ему в гандикапе жизни.
Редуайн нес дополнительный вес в сорок девять фунтов - и гордился этим. Более сильному назначили бы вес побольше, а слабому - поменьше. Каждый сильный мужчина в приходе Редуайна принимал свое бремя радостно и носил его с гордостью, на людях и дома.
Самые слабенькие и жалкие были вынуждены, наконец, признать, что скачка жизни организована честно.
Read more... )

И мне непонятно, почему так - неужели кому-то эта картина мила? Или не все читали Воннегута?
dashca: (calm)
«Благословенная трудность семьи — в том, что это место, где каждый из нас неслыханно близко подходит к самому важному персонажу нашей жизни — к Другому.
Специально для брака свойство Другого быть именно Другим резко подчеркивает два запрета: библейский запрет на однополую любовь и запрет на кровосмешение. Мужчина должен соединиться с женщиной и принять ее женский взгляд на вещи, ее женскую душу — до глубины своей собственной мужской души; и женщина имеет столь же трудную задачу по отношению к мужчине. Честертон, восхвалявший брак как никто другой, отмечал: по мужским стандартам любая женщина — сумасшедшая, по женским стандартам любой мужчина — чудовище, мужчина и женщина психологически несовместимы — и слава Богу! Так оно и есть. Но этого мало: мужчина и женщина, создающие новую семью, должны прийти непременно из двух разных семей, с неизбежным различием в навыках и привычках, в том, что само собой разумеется — и заново привыкать к перепадам, к чуть-чуть иному значению элементарнейших жестов, слов, интонаций. Вот чему предстоит стать единой плотью.
Что касается отношений между родителями и детьми, тут, напротив, единство плоти и крови — в начале пути; но путь — снова и снова перерезание пуповины. Тому, что вышло из родимого чрева, предстоит стать личностью. Это — испытание и для родителей, и для детей: заново принять как Другого — того, с кем когда-то составлял одно неразличимое целое в теплом мраке родового бытия. А психологический барьер между поколениями до того труден, что поспорит и с пропастью, отделяющей мужской мир от женского, и со рвом, прорытым между различными семейными традициями».

С.С. Авринцев
dashca: (calm)
Оказывается, всё, что я думаю про все эти новомодные гуманистические веяния в школьном образовании - отказ от оценок (травмируют), домашних заданий (ставят в неравное положение), идеи о том, что дети могут во время урока ходить и разговаривать друг с другом (и мешать другим сколько влезет) и все в таком духе, давно сказал К.С. Льюис устами Баламута:

«В этом многообещающем краю принцип «Я не хуже тебя» уже проник в систему образования. Насколько — сказать пока не решусь, да это и неважно. Уловив тенденцию, легко предсказать, что выйдет, особенно с нашей помощью. Нынешнее образование стоит на том, что тупиц и лентяев нельзя унижать, другими словами, — нельзя, чтобы они догадались, что хоть в чем–то отличаются от умных и прилежных. Какое бы то ни было отличие надо скрывать. Как? На разных уровнях — по–разному. На выпускных экзаменах в университете вопросы ставят так, чтобы ответил каждый. На вступительных — так, чтобы каждый мог поступить в университет, независимо от того, намерен ли он пользоваться высшим образованием. Школьникам, которым не по уму грамматика или арифметика, позволяют заниматься тем, чем они занимались дома, — скажем, лепить куличики и называть это «моделированием». Главное, никак и ничем не намекнуть, что они отличаются от тех, кто учит уроки. Какой бы чепухой они ни занимались, надо относиться к ней «так же серьезно» (в Англии удалось внедрить этот оборот). Мало того, успевающих учеников скоро будут оставлять на второй год, чтобы не травмировать прочих (Вельзевул немилостивый, что за слово!). В общем, дурак имеет право учиться вместе с ровесниками, а мальчик, способный понять Эсхила или Данте, пусть слушает, как он читает по складам: «Кош–ка си–дит на о–ко–шке».
Короче говоря, когда демократический принцип («Я не хуже…») внедрится как следует, можно рассчитывать на то, что образования вообще не будет. Исчезнут все резоны учиться и страх прослыть неученым. Тех немногих, кто все–таки жаждет знания, поставят на место, чтобы не высовывались. Да и учителям (точнее, нянькам) будет не до них — сколько кретинов надо подбодрить, сколько тупиц утешить! Нам больше не придется пестовать в людях самодовольство и невежество. Сами управятся. [..]
Демократия в низшем смысле слова (так называемый «демократический дух») созидает нацию без великих, нацию недоучек, неустойчивых нравственно, так как их еще в детстве распустили, начисто лишенных воли, так как с ними всю жизнь носятся, и чрезвычайно самоуверенных (невежество + лесть). Именно это нам и требуется. Когда такая нация столкнется с другой, где дети в школе трудились, дарование вознаграждалось, невеждам слова не давали, может выйти только одно…
Недавно некая демократия удивилась, что русские обогнали ее в астронавтике. Какой пленительный образчик человеческой слепоты! Если все работает на уравниловку, откуда взяться выдающимся ученым?»
dashca: (calm)
Вот тут [livejournal.com profile] hgr выложил подборку своих текстов «Детям (от 15 до 95 лет) о православии», среди которых самым интересным мне показался фрагмент об унынии из этого текста.

Ходила и думала об этом, и вдруг вчера до меня дошло, что прокрастинация, о которой так любят говорить большевики айтишники, дизайнеры и иже с ними - это же уныние как оно есть, вот прямо в чистом виде.
Только вот про уныние вроде всем известно, что это что-то плохое, а с прокрастинацией интересная история - и не хорошо, и мешает, и вообще - но тем не менее для людей, условно, творческих профессий она считается чем-то чуть ли не обязательным, и вроде как не таким уж постыдным - ну да, ну прокрастинация, но это же так естественно, конечно она есть, у всех есть. И пишутся (и читаются) множество статей о том, как обратить прокрастинацию себе на пользу, как бы так полениться и поотлынивать, но с выгодой, чтобы поменьше чувства вины; а иногда еще хуже - что прокрастинация, это, де, следствие определенного "творческого" устройства головы, и зря окружающие этого свойства не учитывают, нужно просто им рассказать, как это нормально, пусть начнут.

Баламут хорошо поработал, вот что я думаю. Заставить людей думать, что грех можно обратить себе на пользу, обмануть Отца Лжи - это круто вообще. Нельзя.
И к творчеству уныние вообще не причем. Потому что самый-пресамый творческий ум - у Творца. А уныния у Него вообще нет, оно с Ним не совместимо никак. Совсем.

Так что долой отмазки.
dashca: (calm)
Сейчас читаю, в частности, "Письма Баламута", и очень им радуюсь, хочу всем показать и вообще - потом неизменно думаю, что ответ в некотором роде не может существовать без вопроса - всем эти люди, с которыми я так не согласна, и которым я так хочу доказать, что они не правы в своих суждениях, Льюис, скорей всего, ничего не скажет, потому что он говорит о вещах, которые они почитают несуществующими, отвечает на вопросы, которые им кажутся несущественными. Нельзя рассказать об австралийской фауне тем, кто не верит в существование Австралии. Это очень грустно, но факт.
Но кое-что все же покажу - может, кто-то этого и ищет.

«Единобрачие же за последние века мы старались увести от пути к спасению. Делали мы это с помощью поэтов и писателей, уверяя людей, что то особое и обычно кратковременное переживание, которое они называют «влюбленностью», — единственно достойное основание брака, что брак может и должен сделать это переживание постоянным и, наконец, что брак, не оправдывающий таких ожиданий, теряет свой смысл.
[..]
Людям можно внушить ложную веру, что только та смесь боязни и влечения, которую они называют «влюбленностью», создает святость или счастье брака. Эту ошибку совершить легко, ибо «влюбленность» в Западной Европе предшествует бракам, заключенным в послушание Вражьей воле, то есть тем, где предполагаются верность, снисходительность друг к другу и плодовитость. [..]
Пусть люди считают основой брака приукрашенный вариант того, что Враг обещает лишь как его результат».

И к этой же теме - мое любимое письмо Толкина сыну о семье и браке, и цитата из книги Р. Джонсона о романтической любви (книгу не читала, знаю только эту цитату).

(УПД): Думала, это общее место, оказалось - не общее - "Письма Баламута" это книга, написанная от лица старого и опытного беса бесу помладше, с наставлениями о том, как получше сбить человека с пути истинного. Соответственно, врагом там называется Бог.
dashca: (calm)
‘I had forgotten that,’ said Éomer. ‘It is hard to be sure of anything among so many marvels. The world is all grown strange. Elf and Dwarf in company walk in our daily fields; and folk speak with the Lady of the Wood and yet live; and the Sword comes back to war that was broken in the long ages ere the fathers of our fathers rode into the Mark! How shall a man judge what to do in such times?’
‘As he ever has judged,’ said Aragorn. ‘Good and ill have not changed since yesteryear; nor are they one thing among Elves and Dwarves and another among Men. It is a man’s part to discern them, as much in the Golden Wood as in his own house.’

Подстрочник (а то литературные переводы меня все раздражают):

«Я забыл - сказал Эомер. - Трудно быть уверенным в чем-либо среди стольких чудес. Весь мир стал странным. Эльф и Гном вместе ходят по нашим полям; и люди говорили с Владычицей Леса и до сих пор живы; и меч, сломанный давным-давно, прежде, чем отцы наших отцов пришли в Марку, снова в бою! Как может в такие времена мужчина судить, что делать?
- Так же, как он всегда судил - ответил Арагорн. - Доброе и дурное не изменилось с прошлого года; и эти вещи одинаковы что среди Гномов и Эльфов, что среди Людей. Дело мужчины различать их, как в Золотом Лесу, так и в своем собственном доме».
dashca: (calm)
«Однажды я спросил отца Гавриила: «Отче, вот Вы произносите молитву за правительство. А если я, допустим, не люблю президента, моя молитва ведь неискренняя получается?!»
Он улыбнулся: «Кто самый маленький и самый любимый у вас дома?» Я ответил: «Мой сын Николай». — «Ты за своего Николая молишься?» — «Да», — я сказал. «А кроме Николая, кто есть еще любимый у вас дома?» — «Родители» — «За них тоже молишься?» — «Да». «Вокруг вас живут, наверное, соседи? И за них просим Бога?» — «Да». «А в городе есть люди, добрые и недобрые? Мы должны же просить, чтобы недобрые стали добрыми?!« — «Да», — отвечаю. «Ну как тебе не стыдно?! За всю страну молишься, и за одного президента помолиться не хочешь?! Всегда искренней будет такая молитва: «пусть Бог наполнит его сердце добром, а голову мудростью».

Так молитесь, и будет мудрым и добрым ваш президент. Ведь вы всегда хотите, чтобы вашим правителем была царица Тамара, а вашим священником святитель Николай. Нет: какие мы птички — такая у нас клетка! Искренне молитесь Богу, и Он подаст вам все самое хорошее!» Таким был наш святой старец Гавриил».


--------------------------------------------------------------------------------

На всякий случай поясню: мне эта цитата (да и весь рассказ о старце) очень нравится.
В первую очередь - новой для меня мыслью о том, что молитва о даровании другому человеку достоинств, отсутствие которых в нем лично тебе очень огорчительно, всегда будет искренней. Это очень просто, с одной стороны, с другой, как ни странно, совсем не очевидно. Всегда очень радуюсь таким простым и ясным вещам.
dashca: (calm)
Петя нашел у Честертона:
"Иногда мне кажется, что еще на нашем веку вопросы красоты и вкуса разделят людей (то есть некоторых людей) так же глубоко, как разделяли их некогда вопросы веры и морали; что кровь оросит мостовые из-за расцветки ковров; толпы восстанут против моды на шляпки и отряды вооруженных мятежников понесутся по улицам крушить дубовые панели и сжигать пирамиды ранней викторианской мебели.

Скорее всего, до этого, конечно же, не дойдет: эстетика, в отличие от нравственности, не способствует внезапной отваге. Но дошло до того, что немало, даже слишком много народу проявляет в делах вкуса ту самую нетерпимость, бдительность, постоянную готовность к гневу, которые так естественны, когда спор заходит о добре и зле. Словом, для многих нынешних людей вкус стал делом нравственности. Надеюсь все же, что нравственность не стала делом вкуса".
dashca: (calm)
Лектор Ηοw to reasoning and argue сослался на Хомского, я полезла в Википедию, чтобы вспомнить, где я прежде про него слышала, и обнаружила отличную цитату, в которой Хомский говорит то, что я часто думаю, но не формулирую:

"I have spent a lot of my life working on questions such as these, using the only methods I know of; those condemned here as "science", "rationality", "logic" and so on. I therefore read the papers with some hope that they would help me "transcend" these limitations, or perhaps suggest an entirely different course. I'm afraid I was disappointed. Admittedly, that may be my own limitation. Quite regularly, "my eyes glaze over" when I read polysyllabic discourse on the themes of poststructuralism and postmodernism; what I understand is largely truism or error, but that is only a fraction of the total word count. True, there are lots of other things I don't understand: the articles in the current issues of math and physics journals, for example. But there is a difference. In the latter case, I know how to get to understand them, and have done so, in cases of particular interest to me; and I also know that people in these fields can explain the contents to me at my level, so that I can gain what (partial) understanding I may want. In contrast, no one seems to be able to explain to me why the latest post-this-and-that is (for the most part) other than truism, error, or gibberish, and I do not know how to proceed."


«Я провёл значительную часть моей жизни в работе над такими вопросами, используя единственные известные мне методы; те методы, которые осуждаются здесь как «наука», «рационализм», «логика» и так далее. Поэтому я читал различные работы, питая надежду, что они позволят мне «переступить» эти ограничения или, может быть, предложат совершенно другой курс. Боюсь, я был разочарован. Возможно, это моя собственная ограниченность. Достаточно часто «мои глаза тускнеют», когда я читаю многосложные рассуждения на темы постструктурализма и постмодернизма; то, что я понимаю, — это или в значительной степени трюизм, или ошибка, — но это лишь часть всего текста. Действительно, существует множество других вещей, которые я не понимаю, например, статьи по современной математике или физические журналы. Но здесь есть разница. Во втором случае я знаю, как прийти к пониманию, и делал это в особенно интересных для меня случаях; и я знаю, что люди из этих областей могут объяснить мне содержание с учётом моего уровня, так что я могу достичь желаемого понимания (пусть частичного). Напротив, похоже, никто не может объяснить мне, почему современный пост-то-или-это не является (по большей части) трюизмом, ошибкой или тарабарщиной, и я не знаю, как поступать дальше».

ДжРРТ

Jul. 27th, 2012 07:11 pm
dashca: (calm)
Дочитала письма Толкина, грущу — давно не читала ничего настолько мне близкого, два месяца под обложкой киндла меня ждала встреча с единомышленником - но куда более мудрым, терпимым и добродетельным чем я сама; читала, раскрыв рот.

«Требуется фантастическая воля к неверию, чтобы предположить, будто Иисус на самом деле никогда не "существовал", и более того — предположить, будто он не говорил ничего из того, что о нем написано; настолько невероятно, чтобы в те времена в мире нашелся хоть кто-либо, способный такое "выдумать"»
(когда-то давно я этот аргумент сама себе придумала, и даже попыталась сформулировать в пост в жж — кажется, никто меня тогда не понял, но это теперь уже не важно)

«В качестве последнего прибежища вера — это акт воли, вдохновленный любовью. Нашу любовь возможно охладить, а волю — подорвать зрелищем недостатков, глупости и даже грехов Церкви и ее служителей, но я не думаю, что человек, некогда обладавший верой, повернет вспять в силу этих причин (и менее всего — тот, кто хоть сколько-то знаком с историей). «Возмутительный факт» самое большее — повод для искушения, как непристойность — для похоти; первое не создает второе, но пробуждает. Это удобно, потому что обычно отвращает наш взор от нас самих и наших собственных недостатков в поисках козла отпущения. Но вера как акт воли — это не один-единственный момент принятия окончательного решения: это постоянный, повторяемый до бесконечности акт, состояние, которому должно длиться — так что мы молимся о «неослабном упорстве». Искушение «неверия» (что на самом деле означает отвергнуть Господа Нашего и Его веления) всегда здесь, внутри нас. Некая наша часть жаждет найти ему оправдание за пределами нас. И чем сильнее внутреннее искушение, тем с большей готовностью, тем более непримиримо мы бываем «возмущены» поступками других».
Read more... )
dashca: (тук-тук)
"Не касаясь побуждений сугубо личного плана, - осторожно начал Хакворт, - скажу, что в детстве видел два вида дисциплины - чрезмерную и никакой."
Н. Стивенсон, "Алмазный век или букварь для благородных девиц"


Все время думаю о дисциплине. С одной стороны, я, конечно, ненавижу ее - или, по крайней мере то, что в детском саду и школе было принято называть этим словом - т. е. когда на тихом часу нужно спать, на прогулке - лепить куличики, на перемене - играть, а на скучном уроке - писать конспект, и все это вместо того, чтобы читать интересную и полезную книжку. Мало что оставило у меня такие неприятные впечатления, как эта перманентная обязаловка.
И сама по себе я человек очень недисциплинированный - забываю, просыпаю, опаздываю, мало что делаю вовремя или хотя бы не в последний момент, в вещах у меня часто хаос, и в голове хаос тоже.

С другой стороны, я бываю по-настоящему счастлива от дисциплины. Например, когда мне было почти 11, я ездила с Хасаном [profile] nordfox в Крым - и почти месяц было так: подъем, чай с бутербродом, тренировка, обед, какое-то свободное время, еще тренировка, ужин, еще немного свободное время, сон. Плюс иногда нужно мыть котлы, собирать дрова, что-то чистить-резать и так далее. И было просто отлично. И сейчас, когда я иногда езжу в монастырь, где все еще строже - мне там тоже хорошо. Да и сама по себе христианская жизнь требует дисциплины и внимания к себе - даже самый минимум - регулярное хождение в храм и участие в Таинствах, ежедневное правило, посты. И это мне очень нравится.

И я никак не могу вычленить главное - что делает вроде бы одну и ту же вещь тошнотворной в одном случае и такой полезной и даже приятной - в другом? Почему от неприятного школьного опыта я научилась только худо-бедно прогуливать и врать, а от опыта, например, тренировок - тоже тяжелого и скучного в какие-то моменты - научилась собираться, делать и пересиливать себя?
В том ли дело, что тренировки и службы мне нравятся, а тихий час и уроки природоведения - нет? Или в том, что в мытье котлов и постах я вижу смысл, а в коллективных играх и рефератах - не вижу смысла? Или все же есть какая-то разница в подходе тех, кто эту дисциплину обеспечивал? Какая тогда?
dashca: (Default)


Баския - родился в 1960 году
рисовал граффити на стенах с друзьями
стал известным и богатым
умер в 28 лет, смешав героин с кокакином

la bohème la bohème, а дальше слов не помнят

Jean-Michel_Basquiat

Кстати, чтоб два раза не вставать - фр. bohème - богема и фр. bohémien - цыган - однокоренные слова?
dashca: (Default)
Эпистолярный жанр - удел эскапистов; вымышленных мирков;
Но я всегда мечтала писать письма, почти никогда не писала, никогда не было у меня таких чувств, чтоб о них писать письма, никакое что не оставило на мне никакой след. Почти.

Нишу эту прочно заняло ЖЖ, и я нередко испытываю искушение начать пост словами "Дорогой друг!".
А письма - сейчас мне уже вообще некому их писать - все рядом. Все рядом. Почти.

------
Бабушка приходит на кладбище и разговаривает с дедушкой. У нее нет ЖЖ.
dashca: (Мартышка)



Игра удалась.

Когда я шла в Ангбанд, с Маглором, то думала - прощай, солнышко, я тебя больше никогда не увижу
В общем-то, почти так и вышло, хоть умереть Истэ мне не удалось (надо было сидеть в палатах Намо, а не бежать макароны варить - но, как гласит старинная нольдорская поговорка, смерть легче пуха, а долг тяжелее стали)

Но Маглора, взятого в плен, вывели на донжон, чтоб устрашить войско во главе с Маэдросом, штурмующее Ангбанд
И он сорвал с Мелькора венец с двумя сильмариллами, и метнул его своим - не знаю, что они чувствовали в то время, но как Граф с ним прибежал!

В процессе этой игры я ничего особенно не сделала, но ощутила потрясающее чувство причастности - мы, нолдо первого дома.

Кухарки отличаются от принцесс тем, что и ни те, не другие ничего не решают, но первые пользуются уважением окружающих :)

Айя Майтимо!



Спасибо мастерам за кастинг и за то, что мы все оказались в этом месте в это время, и такое потрясающее стечение обстоятельств произошло.

Спасибо всем сыновьям Феанора, за то, что они были сыновьями Феанора. Отдельно спасибо Михе за Маэдроса и Лехе за Маглора (Да-да, я нисколечко не жалею, что ты Маглор :)

Спасибо Витка, мне даже тяжело сформулировать за что.

Спасибо Лебеди, что были с нами, Графу за нюхательный табак, Феанилу за. инотонациии., Фиовалю за Феанила, Блефу за Маэтама, целителям, Дисс за кости, и всем вообще за Химринг.

Отдельное большое спасибо всем, кто спасал меня от простуды, и еще большее спасибо всем-всем-всем, кто помогал мне на кухне, без вас бы я не справилась. (Особенно спасибо Барушке и лордам Амбаруссар, которые не смотря на то что лорды))

Простите, кого выгоняла с кухни, кому влазила в важные разговоры, и если кому-то не додала бутерброд, простите тоже :))


Это, кажется, единственная моя фотография с игры

Profile

dashca: (Default)
dashca

September 2015

S M T W T F S
  12 345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 19th, 2017 01:27 pm
Powered by Dreamwidth Studios